Генрих Наваррский

Генрих (Анри) Наваррский при рождении имел весьма призрачные шансы на то, чтобы войти в историю. Его родная страна — небольшое королевство в Пиренейских горах — словно навсегда застряла в Средневековье. Но религиозные войны XVI века вознесли Генриха к таким вершинам, о которых он и не мечтал. Вместо прозябания в глуши он стал основателем новой королевской династии во Франции, а заодно снискал немало славы на полях сражений.

Image

Генрих IV Навварский

Маленький дикарь

К середине XVI века от королевства Наварра осталось одно название. К громкому титулу прилагался небольшой кусочек гор и долин в северных отрогах Пиренеев. Остальное, включая древнюю столицу страны Памплону, захватили испанцы. Так что дед будущего короля Франции Генрих д'Альбре коротал время в провинциальном даже по меркам Наварры городишке По.

Однако он смог выдать свою дочь Жанну за влиятельного французского вельможу. Антуан де Бурбон, герцог Вандомский, рассудил, что лучше жениться хоть и на захолустной, но принцессе. Глядишь, хоть дети в короли выбьются.

В 1553 году у Антуана и Жанны родился сын, которого в честь деда назвали Генрихом. Супруги долго спорили, в какой вере крестить мальчика. Жанна была видной фигурой в кальвинистских кругах и настаивала на протестантизме. Антуан четких убеждений не имел, часто перебегал из партии в партию, но именно в этот момент считал более выгодным католицизм.

В итоге Генриха крестили как доброго католика, что позволило отцу в 1561 году забрать его в Париж и воспитывать при дворе. Там мальчик рос вместе с принцами крови и другими отпрысками самых знатных фамилий королевства. Отношения с ними складывались сложно.

Генриха считали неучем и дикарем - сказывались детские годы, проведенные в Карразе, родовом замке матери. Располагался он в Беарне, а говорили там по-гасконски. Язык этот хоть и близок к французскому, но имеет определенные отличия. Так что говорил Генрих, на взгляд своих столичных сверстников, как неграмотная деревенщина.

В науках он тоже оставался далеко позади юных принцев и герцогов, зато мог любого из них поколотить. В общем, Генриха считали не то дурачком, не то простачком. В будущем это помогло ему избежать крупных неприятностей, так как его долго никто не принимал в расчет. Генрих хорошо научился за внешней грубостью и необразованностью прятать острый ум и смекалку.

Боевое крещение

Image

Тем временем во Франции разгорелась первая религиозная война между католиками и протестантами, или, как их называли, гугенотами. Отец и мать Генриха оказались по разные стороны баррикад. Первый принял из рук короля Карла IX чин генерал-лейтенанта и погиб при штурме Руана. Вторая успешно руководила обороной Ла-Рошели и фактически возглавила партию гугенотов.

Генрих смутное время провел в замке герцогини Шартрской, которая хоть и была гугеноткой, но придерживалась политики веротерпимости. Религиозный разлад в семье и пребывание у герцогини наложили глубочайший отпечаток на юного принца. Он стал считать веру делом личным, а для себя не таким уж и важным. С тех пор Генрих полагал, что интересы государства выше торжества той или иной партии.

После первой войны Жанна д'Альбре добилась для сына (перешедшего в кальвинизм) права на губернаторство в Гиени. После второй завела переговоры с королевой-матерью Екатериной Медичи о браке Генриха с сестрой короля Маргаритой Валуа. Екатерина, которая на самом деле рулила и своим сыном, и всем королевством, была не против примирить враждующие стороны, так как считала веротерпимость залогом спокойствия в стране. Но ей мешали агрессивно настроенные аристократы из католической партии, которыми заправляли члены дома Гизов.

Третья религиозная война 1568-1570 годов стала первой военной кампанией Генриха. На помощь гугенотам пришли Англия, Голландия и курфюрст Пфальца. Военными лидерами протестантов были принц Конде и адмирал Колиньи — люди яркие, но военными талантами обделенные.

Несмотря на численное превосходство войск, они проиграли битвы при Жарнаке и Монтонкуре. А Конде еще и пал в первом сражении от шальной пули. После этого Колиньи стал осторожен, если не труслив. При Монтонкуре он оставил 4000 отборных пфальцких рейтаров охранять Генриха и Конде-младшего, так как считал, что потеря принцев пагубно скажется на политическом положении гугенотов.

В решающий момент боя, когда католики дрогнули, генералы и Генрих Наваррский умоляли командира рейтаров Людвига Нассауского послать в атаку хотя бы половину отряда. Тот сослался на приказ Колиньи и категорически отказался. В итоге победа досталась другому Генриху — Анжуйскому, который своевременной контратакой опрокинул гугенотский центр.

Ловушка для сироты

Генрих Наваррский смог в оставшихся боях проявить себя не по годам зрелым командиром. Именно его после Монтонкура гугеноты выбрали своим военным вождем, с чем согласился и Колиньи. В сражении при Ар-нэ-ле-Дюк Генрих впервые лично участвовал в бою. Он водил войска в атаку, едва не попал в плен и в итоге завоевал популярность среди военных, которой не утратил до конца жизни.

После подписания мира Жанна д'Альбре наконец-то договорилась с Екатериной Медичи о браке Генриха с Маргаритой Валуа. Жених и невеста не испытывали от этого никакого удовольствия, но политика оказалась важнее.

По прибытии в Париж Жанна неожиданно умерла. Врачи заявили, что это туберкулез, но при дворе говорили, что наваррская королева была отравлена. В 18 лет Генрих стал королем и круглым сиротой.

Свадьбу отменять не стали, напротив, торжества сделали как можно более пышными. Одновременно при дворе созрел заговор. На короля все больше влияния оказывал адмирал Колиньи. Однако его политика была чревата войной с Испанией, что пугало вдовствующую королеву и было неприемлемо для радикальных католиков.

На свадьбу Генриха и Маргариты в Париж должны были во множестве съехаться видные гугеноты, включая лидеров протестантской партии. Гизы и Екатерина Медичи задумали лишить противника вожаков, а заодно перебить столько гугенотов, сколько представится возможным. После пышного бракосочетания в ночь на святого Варфоломея (24 августа 1572 года) задуманное было приведено в исполнение.

В устроенной католиками ловушке погибло до 30 000 гугенотов, включая Колиньи и многих других их лидеров. Генрих Наваррский избежал смерти благодаря стремительному переходу в католицизм и желанию Екатерины Медичи держать его при себе в качестве заложника.

Война трех Генрихов

При дворе Генрих провел три года. То в армии, осаждавшей Ла-Рошель (правда, в войне против своих бывших единоверцев он не слишком усердствовал), то в Венсенском замке за участие в политическом заговоре. В конце концов он получил королевское прощение и тут же сбежал из Парижа.

Весной 1576 года Генрих воссоединился со своими сторонниками и снова перешел в протестантизм. Началась очередная религиозная война. В принципе, она не закончилась ничем, однако Генрих сумел проявить себя неплохим стратегом. В отличие от других командиров того времени, он демонстрировал веротерпимость и старался не вовлекать в военные действия местное население. Это снижало сопротивление и расширяло базу для маневров.

Однако перевес явно был на стороне Католической лиги. Генрих одержал несколько ничего не значащих побед, но потерял крупные оплоты гугенотов — Иссуар и Ла-Шарите. Кроме того, королевский флот разбил Ла-Рошельскую эскадру. Так что Наваррцу пришлось подписать невыгодный мир.

Очередная война началась из-за неприязни нового короля Франции Генриха III к своей сестре Маргарите. Наваррец якобы не стерпел оскорблений в адрес супруги и объявил войну. На самом деле он хотел в качестве полноправного и непререкаемого лидера протестантов проверить, на что годна его партия.

В 1584 году умер, не оставив потомства, Франсуа, брат бездетного короля Генриха III. Это формально делало наследником французского престола Наваррца. Но он на тот момент был отлучен от Церкви как гугенот. Да и вообще, Франция весьма условно существовала как единое государство. Слабая королевская власть, сильная Католическая лига, своеволие губернаторов и протестанты, готовые в любой момент взяться за оружие, — вот неполная картина развала страны.

Перед объявлением войны Генрих, понимавший, что сила не на его стороне, сделал красивый ход. Он вызвал на поединок Генриха Гиза — чтобы решить все споры между собой и не тратить впустую тысячи жизней. Глава Католической лиги отказался, сказав, что речь идет не о сведении личных счетов. Если бы лигисты обрушили на гугенотов все силы разом, то победа была бы в их руках — у Наваррца было едва ли 500 кавалеристов и 2000 пехоты.

Но Гиз ссорился с королем, собственным братом и другими лидерами лиги. Каждый хотел присвоить победу себе, а в итоге гугеноты смогли собраться силами и организовать оборону. Начался затяжной конфликт, получивший название «Война трех Генрихов». Тем временем Гиз начал готовить почву для собственной коронации. Это вызвало резкое сопротивление Екатерины Медичи и Генриха III, которые полагали, что трон любой ценой должен оставаться за Капетингами.

Корона Франции

Генрих Наваррский был прямым потомком по мужской линии Людовика XI, однако оставался еще один реальный претендент в наследники — его дядя, кардинал де Бурбон. Он был весьма преклонных лет, но зато исповедовал католицизм. Екатерина Медичи едва уломала Гизов и Генриха III на его кандидатуру, но тут грянуло поражение королевской армии под Кутра.

20 октября 1587 года протестанты под командованием Наваррца встретились с превосходящими силами маршала де Жуайеза. Любимчик короля допустил ошибку — он имел двукратный перевес в кавалерии и решил атаковать Генриха, засевшего в глухой обороне. В результате кони католиков выдохлись, а строй смешался.

Наваррец применил новый прием боя: между эскадронами конницы он расположил отряды мушкетеров для огневой поддержки. Легкую кавалерию Генрих использовал не для затравки сражения, а для окружения опрокинутого противника. Такую же тактику через 30 лет применял шведский король Густав-Адольф. В итоге Жуайез потерял треть армии и сам сложил голову.

На следующий год лигисты взбунтовали Париж, и Генрику III пришлось бежать из столицы. Это ускорило сближение его с Наваррцем. Два короля объединили армии и подписали трактат о борьбе с Гизами.

1 августа 1589 года Генрих III был смертельно ранен религиозным фанатиком Жаком Клеманом. Умирающий король прямо назвал своим преемником Наваррца, но между ним и троном все еще стояли уцелевшие Гизы (Генрих Гиз был убит чуть ранее) и их союзники, провозгласившие королем престарелого кардинала Бурбона. Между тем сторонники покойного короля не желали служить под началом гугенота и покидали армию.

«Париж стоит мессы»

Ни разу не имея даже равных по численности войск, Генрих умудрялся одерживать победы. Но если католики на место выбывшего солдата могли поставить двух, то Наваррцу приходилось маневрировать и отступать. Своих солдат он заставлял отсиживаться в траншеях, что вызывало насмешки противника. 14 мая 1590 года Генрих наконец-то нанес католикам решительное поражение под Иври.

Сначала протестанты опрокинули вражескую конницу все тем же приемом, что и под Кутра, затем наемники герцога Майенского, видя поражение кавалерии, перешли на сторону Генриха, а в довершение всего легкая кавалерия гугенотов разгромила резервы католиков.
Но баланс сил все равно был не в пользу Наваррца. Так что в 1593 году он предпочел пойти на переговоры с городами и Генеральными штатами. В конце концов Генрих принял католицизм и с триумфом вошел в Париж. Незадолго до этого королем его признал даже кардинал Бурбон. В 1594 году бывший дикарь и простачок короновался в Шартре.

Правление Генриха IV было весьма удачным. Король развелся с надоевшей ему Маргаритой и женился на Марии Медичи — богатейшей наследнице Европы. Он свел вничью войну с могучей Испанией, которая пыталась заступиться за Гизов, прекратил гражданские конфликты, страна переживала экономический подъем.

Генрих даже затеял амбициозный проект по разгрому Габсбургов и начал вести переговоры с голландцами, англичанами и германскими протестантами. Но эти планы прервал удар кинжалом очередного религиозного фанатика — Франсуа Равальяка 14 мая 1610 года. Одни видят в этом руку испанских шпионов, другие — месть новой жены, не пожелавшей смириться с бесконечными любовными интрижками мужа.

У французов Генрих IV остается одним из самых популярных королей. В эпоху Революционных войн ему даже посвятили шуточную песню, в которой есть такие слова: «Этот четырежды черт, имевший тройной дар — пить, воевать и быть галантным кавалером». В популярнейшей песенке «Жил-был Анри Четвертый...» из кинофильма «Гусарская баллада» моменты биографии и черты характера Генриха изображены весьма точно.

А вот «Париж стоит мессы» Генрих никогда не говорил, эту фразу ему приписали потомки.