Подвиг Ивана Сусанина

Подвиг Ивана Сусанина давно стал символом самопожертвования во имя высокой цели. При этом, как часто случается, героическая легенда практически полностью вытеснила историческую правду. Хотя всерьез сомневаться в правдивости рассказа о том, как крестьянин спас царя, заведя польский отряд в лес, начали еще в XIX веке.

Картина Константина Маковского, изображающая героическую смерть Ивана Сусанина.Картина Константина Маковского, изображающая героическую смерть Ивана Сусанина.

 

Каноническая история

Ивана Сусанина, которую знает каждый школьник, выглядит так. Где-то в декабре 1613 года неподалеку от Костромы появился польско-литовский отряд, искавший дорогу к деревне Домнино. Это селение было вотчиной боярского рода Шестовых, к которому принадлежала мать Михаила Романова. Тому исполнилось всего 16 лет, но полгода назад он был избран Земским собором и коронован как государь, царь и великий князь всея Руси. За ним-то и охотились поляки.

 

 

Жалованная грамота

Совсем недавно Россия была практически у них в руках, но теперь Смута явно подходила к концу. Польский гарнизон изгнали из Москвы, а у разгромленной и разобщенной страны, наконец, появился законный царь. Захватить новонареченного царя и заставить его отречься от престола (желательно в пользу кандидата из Речи Посполитой) было для интервентов реальным шансом взять реванш. Дело было за малым - добраться до костромской вотчины, в которой находились Михаил Федорович и его мать инокиня Марфа.

 

Заплутав в лесу, поляки наткнулись на местного крестьянина Ивана Сусанина и приказали ему показать дорогу. Согласившись для виду, Сусанин повел отряд в другую сторону. Пока он заводил поляков поглубже в лес, его зять Богдан Сабинин поспешил в Домнино и предупредил царя об опасности. Когда обман Сусанина вскрылся, поляки за-пытали его до смерти, но сами тоже сгинули в лесу (хотя, по другой версии, он довел их до соседней деревни Исупово, где и произошла жестокая расправа). Михаил Федорович с Марфой тем временем успели укрыться за стенами Ипатьевского монастыря.

 

Из всех героев этой истории (кроме царя и его родственников, конечно) учеными доказана реальность всего одного человека. Это тот самый зять Сусанина - Богдан Сабинин. Его имя фигурирует в жалованной грамоте, которую царь Михаил Федорович подписал 30 ноября 1619 года, «...в те годы приходили в Костромской уезд польские и литовские люди, а тестя его, Богдашкова, Ивана Сусанина литовские люди изымали, и его пытали великими немерными муками, а пытали у него, где в те поры мы, великий государь, царь и великий князь Михаил Федорович всея Руси были, и он, Иван, ведая про нас, великого государя, где мы в те поры были, терпя от тех польских и литовских людей немерные пытки, про нас, великого государя, тем польским и литовским людям, где мы в те поры были, не сказал, и польские и литовские люди замучили его до смерти», - так витиевато излагается в грамоте история подвига.

 

В благодарность за службу Богдану Сабинину была передана половина деревни с освобождением от всех налогов и податей. Эти привилегии потомки Сабинина сохраняли за собой веками - «обеление» от всех повинностей подтверждалось царскими грамотами вплоть до 1837 года.

Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 1, страница 1.Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 1, страница 1. Божиею милостию мы великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии самодержец пожаловали есмя Костромского уезда села Домнина крестьянина Богдашка Собинина за службу к нами за кровь и за терпенье тестя ево Ивана Сусанина, как мы великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии в прошломво 121-м году были на Костроме, и в те поры приходили в Костромской уезд полские и литовские люди, и тестя ево, Богдашкова, Ивана Сусанина в те поры литовские люди изымали и ево пытали про нас великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии, где мы в то время были. И он, Иван, ведая про меня великого государя, не сказал, и польские и литовские люди замучили ево до смерти. И мы великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии пожаловали тово Богдашка за тестя ево Ивана Сусанина к нам службу и за кровь в Костромском уезде
Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 1, страница 2.Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 1, страница 2. нашего дворцового села Домнина половину деревни Деревнищ, на чом он, Богдашка, жил, полторы чети выти земли велели ему обелить и жить ему в той деревне безданна. И в прошлом во 138-м году по нашему указу село Домнино з деревнями и с тою их деревнею отдано в монастырь к Спасу на Новой по нашей матери великой государыне иноке Марфе Ивановне. И спаской архимарит и ево полдеревни Деревнищ очернил и всякие доходы на монастырь емлет. И мы великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии пожаловали вместо тое деревни Деревнищ того Богдашка Собинина жену ево вдову Онтониду з детми ее з Данилком да с Костькою за терпение и за кровь отца ее Ивана Сусанина в Костромском уезде села Красного приселка Подольского пустошь Коробово в вотчину и в род их неподвижно, велели обелить и на ней, на Онтонидке, и на ее детях и на внучатах и на правнучатах наших никаких податей, кормов и подвод и наметных всяких запасов и в городовые поделки и в мостовщину и в ыные ни в какие подати с тое
Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 2, страница 1.Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 2, страница 1.

пучтоши имати не велели. А по писцовым книгам Якова Кондырева да подьячего Ивана Ченцова 140-го году написано в Костромском уезде села Красного приселка Подольского пустошь Коробово, а в ней пашни паханые худые земли три чети да перелогом и лесом поросло пятнатцать чети. И всего пашни паханые и перелогом и лесом поросло осмнатцать чети в поль, а в дву по тому ж, сена по заполью и меж поль семьдесят копен. А будет то наше село Красное в отдаче будет, и тое пустоши никому ни в поместье, ни в вотчину не отдавать и у них не отымати. А владеть им по сей нашей царской жалованной грамоте ей, Онтонидке, и детем и внучатам и правнучатам и в род их неподвижно. Дана ся наша царская жалованная грамота в царствующем граде Москве лета 7141-го генваря в 30 день.

 

У той жалованной грамоты на обороте пишет тако: Царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии самодержец…».

Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 2, страница 2.Жалованная грамота потомкам Ивана Сусанина и Богдана Сабинина лист 2, страница 2. Подтверждение царей Ивана Алексеевича и Петра Алексеевича сентября 1691 г.

 

Спаситель дома Романовых

До конца XVIII века память об Иване Сусанине сохранялась лишь в Костромской губернии, среди его земляков. Возможно, со временем эта история и вовсе перешла бы в статус семейной легенды рода Сабининых. Но в 1767 году на нее вдруг обратила внимание Екатерина Великая.

 

Во время своего визита в Кострому она осталась очень довольна речью местного архиерея Дамаскина, который в своем приветственном слове назвал Ивана Сусанина спасителем основателя династии Романовых. После этого имя Ивана Сусанина заняло свое место в официальной идеологии. Костромской крестьянин стал чуть ли не ближайшим сподвижником Михаила Федоровича, отдавшим свою жизнь за то, чтобы юный царь поднял страну из руин.

 

Главным создателем канонического сюжета стал историк Сергей Глинка, написавший в 1812 году обстоятельную статью «Крестьянин Иван Сусанин, Победитель мести и Избавитель Царя Михаила Федоровича Романова». Практически все детали подвига Сусанина, которые мы привыкли считать истинными, уходят корнями к этой статье. Которая, увы, была написана практически при полном отсутствии исторических источников. Это была скорее литература, чем историческое исследование. Однако она пришлась настолько к месту, что вошла как в официальную историографию, так и в общественные представления о Смуте.

 

Апогея почитание Сусанина достигло при Николае I. Создавались стихи, рисунки, драмы, оперы (самая знаменитая из которых - «Жизнь за царя» Михаила Глинки). А сам император в 1835 году подписал указ: центральная площадь Костромы отныне называлась Сусанинской и на ней предписывалось воздвигнуть памятник «во свидетельство, что благородные потомки видели в бессмертном подвиге Сусанина - спасении жизни новоизбранного Русской землей царя через пожертвование своей жизни - спасение православной веры и русского царства от чужеземного господства и порабощения». Памятник торжественно открыли 14 марта 1851 года (по старому стилю).

 

 

Неудобная версия

Однако чем больше укреплялся культ Сусанина, тем больше вопросов возникало по поводу личности самого героя. Так как о его жизни не сохранилось никаких источников, то детали его биографии постоянно менялись. Непонятно было даже, в какой деревне он жил - в Домнино или в расположенных неподалеку Деревеньках. Если сначала Сусанина именовали «простым крестьянином», то затем он постепенно «дорос» до вотчинного старосты. А поздние авторы и вовсе «повысили» Сусанина до управляющего домнинской вотчиной Шестовых.

 

Неясности имеются даже с именем народного героя. На каком-то этапе у него вдруг появилось отчество Осипович, которое не встречается ни в одном документе XVII века. Затем оно вновь исчезло, так же таинственно как появилось. Единственным фактом, который никогда не вызывал сомнений и был подтвержден документально, оставалось то, что у Сусанина была дочь Антонида, вышедшая замуж за Богдана Сабинина.

Историк Николай Костомаров не оставил от классической версии подвига Ивана Сусанина камня на камне.

Во второй половине XIX века за героический миф всерьез взялись ученые. Великий русский историк Николай Костомаров, не смущаясь, именовал весь сюжет об Иване Сусанине «анекдотом», который «сделался более или менее общепризнанным фактом». Признавая реальным сам факт существования костромского крестьянина, погибшего в 1613 году, Костомаров ставил под сомнение главное - историю со спасением царя. «Страдание Сусанина есть происшествие, само по себе очень обыкновенное в то время. Тогда козаки бродили по деревням и жгли и мучили крестьян. Могло быть, что разбойники, напавшие на Сусанина, были такого же рода воришки, и событие, столь громко прославленное впоследствии, было одним из многих в тот год. Через несколько времени зять Сусанина воспользовался им и выпросил себе обельную грамоту», - писал ученый.

 

За такую позицию Костомаров подвергся серьезной атаке со стороны многочисленных патриотов, которые сочли его позицию оскорблением исторической памяти. В своей «Автобиографии» историк отвечал оппонентам: «Между тем истинная любовь историка к своему отечеству может проявляться только в строгом уважении к правде. Отечеству нет никакого бесчестия, если личность, которую прежде по ошибке признавали высокодоблестною, под критическим приемом анализа представится совсем не в том виде, в каком ее приучились видеть».

 

 

Вопросы без ответов

Впрочем, точка зрения Костомарова вызвала критику и со стороны коллег. Классик российской исторической науки Сергей Соловьев считал, что жалованная грамота 1619 года подтверждает реальность подвига Сусанина. «Если бы сам Сусанин был измучен, но остался жив, то, конечно, его бы наградили, - писал он, - но самого его не было в живых, не было жены, не было сыновей, была одна дочь, отрезанный ломоть по тогдашним (да и по нынешним) понятиям. Однако и ту наградили!»

 

Консервативный историк Михаил Погодин, бывший извечным оппонентом Костомарова, разразился огромной статьей «За Сусанина!», в которой призывал мыслить логически: «Признавая существование и подлинность грамоты г. Костомаров не верит в ее содержание: грамота есть, а события не было: Сусанин не спасал Михаила!»

 

Серьезная полемика разгорелась между Николаем Костомаровым и костромским краеведом Николаем Виноградовым. Детально изучив массу документов времен Смуты, Костомаров настаивал на том, что никаких польско-литовских отрядов возле Костромы зимой 1613 года попросту быть не могло. Однако Виноградов нашел другие факты, опровергающие эти выводы. Он же подтвердил, что информация о планирующемся избрании на царство Михаила Романова была довольно широко известна уже в феврале 1613 года. Так что при желании времени на снаряжение и отправку отряда со спецзаданием было более чем достаточно.

 

И все же некоторые вопросы так и остались без ответа. Устранение (или, что более вероятно, пленение) русского царя - дело чрезвычайной важности. Кому попало его поручить не могли. Значит, тот самый отряд должен был возглавлять достаточно известный шляхтич Речи Посполитой. И достаточно высокородный, чтобы применять силу к монарху (пусть даже и не признанному поляками). Если в наличие какой-либо банды под Костромой (неважно, польской или казацкой) поверить можно, то вот наличие отряда с представителем польской элиты во главе уже требует хоть какого-то подтверждения. Но его нет.

 

Другой вопрос, сформулированный Костомаровым, на который никто не смог дать вразумительный ответ, - почему награда нашла «героя» (то есть Богдана Сабинина) только спустя шесть лет после самого события? За такие вещи, как спасение жизни царя, обычно жаловали сразу же, на месте. Больше похоже на то, что Сабинин выжидал несколько лет, чтобы события несколько стерлись из памяти очевидцев и сложнее было проверить его историю о героическом тесте, спасшем царя. И расчет оказался верным - щедрому царю история понравилась, а односельчане Сусанина уже не очень-то помнили, кто и за что именно убил их соседа в лихое время.

 

 

Новое время - новые песни

В советское время с Иваном Сусаниным произошла забавная метаморфоза. За довольно короткое время он успел побывать в категории врагов новой власти, а потом снова занял привычное место в пантеоне героев. Дело в том, что сразу после революции 1917 года было предписано уничтожать памятники «царям и их слугам». Так как на костромском памятнике Сусанин был изображен рядом с Михаилом Федоровичем, то монумент снесли, а самого крестьянина записали в «слуги самодержавия».

Памятник Сусанину в Костроме. 12-метровый монумент сооружён по проекту московского скульптора Н. А. Лавинского и архитекторов Марковского и Бубнова в 1967 году.Памятник Сусанину в Костроме. 12-метровый монумент сооружён по проекту московского скульптора Н. А. Лавинского и архитекторов Марковского и Бубнова в 1967 году.

Однако в конце 1930-х годов, когда начался активный поиск героических примеров из прошлого, Иван Сусанин довольно уверенно встал в одну строку с Кузьмой Мининым, Дмитрием Пожарским, Александром Невским и другими великими патриотами. В советской историографии упор, разумеется, делался не на спасение царя, а на то, что простой крестьянин отказался сотрудничать с врагами своей родины, предпочтя пожертвовать жизнью. Такие примеры советской пропаганде были нужны.

 

В 1939 году в Большом театре вновь поставили «Жизнь за царя». Теперь, правда, она называлась просто «Иван Сусанин», а либретто было кардинально переписано с учетом новой идеологии. В этом варианте поляки требовали провести их не в поместье Шестовых, а к тайному месту сбора ополченцев Минина (сюжет, таким образом, был построен на анахронизме). В финале отряд ополченцев под командованием Минина и Сабинина побеждает поляков, но спасти Сусанина им не удается.

 

В августе 1939 года райцентр Молвитино был официально переименован в Сусанино, а весь район стал Сусанинским. На тот момент они относились к Ярославской области и только в 1944-м снова вернулись в Костромскую. А вот площадь в Костроме снова стала Сусанинской только в 1992 году. С 1918 года она носила имя площадь Революции.

 

 

Предшественники и последователи

С Иваном Сусаниным нередко сравнивают других представителей народа, оказавших важные услуги роду Романовых. Например, священник Ермолай Герасимов был связным между инокиней Марфой и Филаретом Романовым, после того как они были насильно пострижены и сосланы Борисом Годуновым. В 1614 году Ермолай и его потомки получили обширную вотчину, освобождение от налогов и другие пожалования. Надо сказать, что в целом его одарили гораздо более щедро, чем родственников Сусанина.

 

В 1866 году выходец из деревни Молвитино Осип Комиссаров спас жизнь императору Александру II. Будучи в Санкт-Петербурге, он случайно оказался в толпе возле Летнего сада, наблюдавшей за тем, как император садится в коляску. Комиссаров увидел, как террорист Дмитрий Каракозов наводит пистолет, и толкнул его, сбив прицел. За это он был осыпан милостями, получил потомственное дворянство и орден Святого Владимира IV степени.



4 025
  • Нравится
  • 15

Интересно почитать


Ампутация как уголовное наказание
Уголовные наказания, связанные с ампутацией у преступника частей тела - отрубание рук, выкалывание глаз и так далее, носили своего рода...
Профессия палач
Ни одно государство мира в ходе своего развития не обошлось без института палачей. Россия не исключение. На Руси, в Московском царстве, в Российской...
Берестецкая битва
Сражение при селе Берестечко было не только самым значительным по масштабу боевым столкновением польско-казацкой войны 1648-1654 годов (называемой на...
Конокрадство
Преступников редко кто любит. Ведь жертвой их может стать любой. Если не ты сам, то наверняка кто-то из твоих близких. Но существовала на Руси особая...
Ни одного интеллигентного лица
Э. Бевин (1881—1951) — министр иностранных дел Великобритании времен Второй Мировой войны почему-то всегда мечтал воочию увидеть...


Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Все Чудеса Мира
Категории Чудес
Просто Интересно
Любопытные сведения

Самое быстрорастущее дерево — Бамбук. Может расти со скоростью 91 см в сутки.


Самые популярные статьи
Что больше читают