Административное здание компании «С. С. Джонсон и сын»

В 1936 году компания «С. С. Джонсон и сын» заказала Райту здание, которое предполагалось возвести среди индустриальных построек мрачного вида. И, как и в ситуации с «Ларкин-билдинг» (а Райт называл это свое детище «чистокровной дочерью “Ларкин-билдинг”»), автор, словно отгораживаясь от окружения, разворачивает главную архитектурную феерию внутри здания. Возвращаясь, по собственным словам, к «центральной мысли органической архитектуры», Райт пишет: «Насколько мне известно, китайский философ Лао-цзы за 500 лет до новой эры заявил, что реальность здания заключается не в четырех стенах и крыше, но во внутреннем пространстве, пространстве, предназначенном для жизни в нем. Эта идея совершенно противоположна всем и всяким языческим (“классическим”) идеалам строительства. Если вы принимаете эту идею строительства, классическая архитектура погибает. Совершенно новое понимание архитектуры овладело мыслью архитектора и вошло в народ». Итак — пространство. Но и еще кое-что, что было новшеством в постройках Райта, демонстрируется в этом масштабном проекте — «угловое окно». «Угловое окно выражает собою... разрушение коробки. Свет снаружи и видимость наружу появляются в том месте, где их никогда не было раньше. Вместо стенок коробки появляются стенки-ширмы; стены как стены исчезают, и исчезает коробка как коробка. Угловое окно стало приемом, который обошел весь мир. Но вместе с тем не шла идея того, что я хотел им выразить. Освобождение пространства свелось к окну, вместо того, чтобы стать принципом отказа от привычной, оцепенелой схемы постройки, коренным изменением самого подхода к строительству». В пространствах для здания правления компании «Джонсон» сам Райт избежал ученических ошибок своих адептов, что особенно легко обнаруживается уже в центральном вестибюле, который становится замечательным, психологическим и формальным, преддверием Большого операционного зала (Райт назвал его Great Workroom). В этом центральном зале (в 4914 м2) Райт использует 6,5- метровые стройные колонны с бронзовыми основаниями в виде фантастически гигантских стеблей, которые на уровне потолка завершались железобетонными дисками, широкими «листьями кувшинки» (диаметр «зонтиков» — почти 6 метров, стебля — 22,8 сантиметра, 23 сантиметра у основания), просветы между которыми заполнялись стеклом. Они уже «прорастали» в лобби со второго уровня, диктуя своей необычной формой мощное круговое движение боковых балконов, стойки администраторов и даже постамента под бюст основателя фирмы. Райт поистине достиг впечатляющих результатов в своих опытах с использованием форм растительного мира, начатых еще в «домах прерий». В этом проекте мастер начал экспериментировать с планами, способными к потенциальному развитию; здания на их основе можно было бы достраивать и дополнять, не нарушая общей цельности. Для этого был определен шестигранный модуль. Полые стволы колонн в главном зале были расставлены по модульной сетке с ячейками 6x6 метров. И главное, этот искусственный дендрарий в 90 колонн словно компенсировал своей растительной мощью органическую пустынность реального окружения архитектурного комплекса.

 

Как только строительство было завершено, здание стало не просто известным, но, можно сказать, мировой знаменитостью. В мае 1938 года журнал «Life» опубликовал репортаж о нем, в котором были следующие строки: «Это как если нагая пловчиха скользила бы в прохладном потоке, стильно и музыкально».


Комплекс, сочетающий в своем экстерьере разные геометрические формы, связанные гладкими горизонтальными стеклянными поясами над каждым уровнем, и со стороны подъезда не открывший в кирпичных стенах ни одного оконного проема (ни ленточного, ни углового, ни обычного), мог показаться фантастическим сооружением из легенд про волшебников и их обиталища. Стеклянные пояса позволяли продемонстрировать, что, несмотря на суровую замкнутость общих объемов (суровость, впрочем, скрадывалась теплым цветом кирпичной кладки), стены — не несущие и лишь ограждают пространство. А в интерьере свет должен был создавать атмосферу святости общего дела работников фирмы. Неизвестно, действовала ли задумка Райта на сознание сотрудников фирмы столь радикально, но плафоны, перекрытия, потолки на переходящих мостиках между корпусами, в зонах периферийных и центральных действительно придавали магический дух пространствам под ними.


Внешний облик комплекса впечатляюще эффектен благодаря, прежде всего, мощному цилиндрическому объему одного из корпусов, похожего на римский замок Святого Ангела. С 1930-х годов Райт сделал круг и спираль важнейшими, базовыми элементами своего архитектурного словаря. Здесь эти геометрические матрицы работают на образ центробежной замкнутости.


Чтобы познакомиться с Райтом, президент компании Герберт Ф. Джонсон и ее директор Джек Рэмзи приехали в «Талиесин». Возможно, именно тогда архитектор пожелал вновь противопоставить свое искусство творениям современных коллег. Но таким образом он полностью изменил и своим истокам, предложив в качестве базовых элементов кривую и окружность.


Спустя пять лет после завершения административного здания руководство фирмы заказало Райту пристроить к имеющемуся комплексу помещение новой химической исследовательской лаборатории. И, хотя архитектор был готов экспериментировать, настояло, чтобы новая постройка соответствовала уже имеющимся. К 1950 году Райт прибавил к комплексу 14-этажную кирпичностеклянную башню. Коммуникации были сосредоточены в центральной шахте, от которой отходили, как консоли (и в этом заключалась особенность конструкции, резко отличающейся от статичных конструкций каркасов чикагских высоток), чередуясь, квадратные и круглые плиты этажных перекрытий. Именно квадратные перекрытия несли на себе нагрузку внешней стены, круглые служили для антресольных этажей. Ее «тело», прямоугольное в плане, все же лишено остроты углов, которые Райт деликатно закруглил. Таким образом, были согласованы и формы разновременных построек, их материалы, а так как центральная шахта лифта, вокруг которой группируются помещения лабораторий, да и сама башня, трактуется Райтом как ствол дерева, то сохранялась и идейная составляющая архитектуры. 

 

После строительства здания компании «Джонсон и сын» ее владелец заказал Райту частную резиденцию. «Вингсприд» стал самым большим и последним «домом прерий»



286
  • Нравится
  • 0

Интересно почитать


Дом «Водопад»
«Водопад» (1936-1939) — бесспорно, самая знаменитая в мире частная резиденция. Именно эта постройка утвердила за Райтом репутацию крупнейшего...
«Дома прерий» Фрэнка Ллойда Райта
У прерии своя собственная красота, и наша задача — распознать и подчеркнуть эту призрачную красоту. Отсюда... нависающие карнизы, низкие террасыи...
Сити-холл в Лондоне
Все постройки Фостера в Лондоне отличаются необычной формой, провоцируя наблюдателей на самые неожиданные ассоциации. Если штаб-квартира...
Мавзолей Галлы Плацидии
Становление христианства как государственной религии Римской империи закрепило уже вполне сложившуюся традицию строительства кирпичных домов с...


Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Все Чудеса Мира
Категории Чудес
Просто Интересно
Любопытные сведения

Рёв льва можно услышать на расстоянии 8 км...


Самые популярные статьи
Что больше читают